Продовольственный раунд. Китай усилит экономические позиции в Казахстане через сельское хозяйство

Александр Воробьев

Весна выдалась богатой для Казахстана на события, связанные с углублением интеграционных процессов и сотрудничества с ключевыми партнерами. Так, Евразийская экономическая комиссия 22 мая сообщила о том, что предприятия стран – участниц ЕАЭС, включая Казахстан, привлекут к российской программе импортозамещения. В круг участников 62 проектов в 17 отраслях экономики вошли и несколько десятков казахстанских предприятий. А неделей ранее президент Казахстана Нурсултан Назарбаев посетил Пекин, где принял участие в международном форуме «Один пояс – один путь». В ходе мероприятия, посвященного реализации стратегической инициативы Китая, представители Минсельхоза Казахстана подписали с китайской стороной яркое соглашение: Пекин, традиционно ограничивающий поставку на собственный рынок продуктов пчеловодства из других стран, разрешил казахстанским производителям экспортировать в страну мед.

Эта не самая значительная договоренность стала тем не менее очередным шагом на пути к важной стратегической цели – углублению китайско-казахстанского сотрудничества в сфере сельского хозяйства. Сегодня это направление кооперации между Астаной и Пекином растет быстрыми темпами и становится одним из ключевых в межгосударственном экономическом взаимодействии.

Не секрет, что Казахстан в последние годы столкнулся с серьезными экономическими проблемами. Несмотря на то что в текущем году экономика Казахстана вернулась к докризисным темпам развития – рост ВВП в первом квартале 2017 года составил 3,4%, – страна, как и годом ранее, стоит перед необходимостью диверсификации экономики. Топливно-энергетический сектор, являющийся становым хребтом казахстанской экономики, не в состоянии обеспечивать республике прежние темпы роста. В этих условиях объектом пристального внимания властей стали иные сектора экономики: строительство и развитие инфраструктуры, обрабатывающая промышленность, а также сельское хозяйство.

Стержнем новой стратегии Казахстана на сельскохозяйственном направлении стала принятая несколько месяцев назад новая госпрограмма развития агропромышленного комплекса на 2017–2021 годы. В ней говорится, что именно сельское хозяйство в новых условиях «должно стать основным драйвером диверсификации и экономического роста» республики. Особый упор в программе делается на углубление переработки сельхозпродукции, поощрение ее экспорта за рубеж, повышение «узнаваемости и продвижение казахстанского бренда органической продукции». Власти республики в середине мая заявили, что наряду с Китаем приоритетными направлениями для экспорта сельхозпродукции станут государства Евразийского экономического союза (ЕАЭС) и Иран.

Что касается Китая, то Пекин также заинтересован в увеличении поставок казахстанской сельхозпродукции. КНР сегодня импортирует около половины всего потребляемого в стране продовольствия. Ежегодный объем импорта составляет 117 млрд долл., но доля Казахстана незначительна. Однако ряд факторов способствует оживлению сотрудничества в этой сфере. К ним относятся близость Казахстана к быстро растущему Синьцзян-Уйгурскому автономному району (СУАР), развитию которого Пекин уделяет особое внимание. Сегодня на Казахстан приходится немногим менее трети всей внешней торговли СУАР. За последние годы значительно улучшилось железнодорожное и автомобильное сообщение между Китаем и Казахстаном. В приграничной зоне двух стран строится современная логистическая инфраструктура. Свою роль в развитии сотрудничества играет созданная на приграничной с Китаем территории Казахстана свободная экономическая зона (СЭЗ) «Хоргос – Восточные ворота». Наконец, у казахстанской сельхозпродукции в целом положительная репутация в Китае. Она считается более высококачественной и экологичной, чем местная. В условиях, когда доля среднего класса в Китае растет, это немаловажно.

В целом уровень кооперации между казахстанским и китайским бизнесом в сфере сельского хозяйства уже существенно подрос. На территории Казахстана реализуется около 20 совместных проектов. Больше половины из них локализованы в приграничных с КНР Алма-Атинской и Восточно-Казахстанской областях. Не так давно продовольственная компания из провинции Хенань завершила строительство завода по производству пищевой продукции в СЭЗ «Хоргос – Восточные ворота». Его мощность составляет 100 тыс. т. В середине мая китайские корпорации COSCO и Lianyungang Port Holdings приобрели 49% акций сухого порта (он связан с морским портом в Китае железной и автомобильной дорогой), также расположенного в уже упомянутой СЭЗ на территории Казахстана.

По словам казахстанских чиновников, в будущем сельскохозяйственная кооперация с КНР будет развиваться по двум основным направлениям. Во-первых, казахстанская сторона будет привлекать китайские инвестиции в глубокую переработку собственной сельскохозяйственной продукции. Это соответствует заявленным в новой программе развития агропромышленного комплекса целям. Во-вторых, Казахстан будет стремиться нарастить экспорт своей продукции в КНР. Данные вопросы в последнее время неоднократно поднимались представителями Казахстана на официальных встречах с китайскими коллегами. Особое место в планах сторон занимает вопрос об экспорте в КНР казахстанского зерна. Это достаточно проблемная тема в двусторонних отношениях. Пекин ранее неоднократно ограничивал поставки зерна из Казахстана. Однако в феврале текущего года стороны договорились об увеличении квоты до 500 тыс. т зерна в год с перспективой дальнейшего расширения до 1 млн т в год. Казахстанские чиновники заявляют, что в течение ближайших трех лет они планируют довести поставки зерна в Китай до 1 млн т в год. Безусловно, достижение таких договоренностей является плюсом для Астаны, особенно в условиях, когда соседний Иран снижает импорт казахстанской пшеницы. Ситуация на рынке зерна зависит от многих факторов, включая погодные, потому определенный риск пересмотра договоренностей всегда существует.

Другое совместное начинание Казахстана и Китая в области сельского хозяйства затрагивает такую важную сферу взаимодействия двух стран, как сферу стандартов и норм. Как заявила вице-министр сельского хозяйства Казахстана Гульмира Исаева, в настоящее время Астана и Пекин работают над созданием на территории Казахстана лабораторий по сертификации продукции сельского хозяйства, ввозимой в КНР. Лаборатории будут аккредитованы Главным управлением надзора за качеством, инспекции и карантина Китая. Примечательно, что их услугами смогут воспользоваться не только казахстанские сельхозпроизводители, но и поставщики из других стран Центральной Азии, заинтересованные в экспорте своей продукции в Поднебесную. «Результаты тестов не будут перепроверяться в Китае – им будет оказано доверие. Это большое признание нашей ветеринарной службы», – подчеркнула Исаева.

Углубление сотрудничества Казахстана с Китаем в области сельского хозяйства окажет позитивное влияние на экономическое развитие страны, способствуя притоку инвестиций из Китая и частичной диверсификации экономики. Однако в процессе углубления такого взаимодействия присутствие Китая в казахстанской экономике только усилится, становясь все более комплексным, всеобъемлющим и постепенно распространяясь теперь не только на ТЭК, горнодобывающую промышленность и инфраструктурное строительство, но и на сельское хозяйство.

Вопрос также имеет и социальное измерение, что накладывает дополнительную ответственность на власти республики за принимаемые решения. Сегодня не менее 40% населения Казахстана – это сельские жители. В будущем, если интересы экспортеров, крупных арендаторов земли, в том числе иностранных, будут приходить в противоречие с интересами широких масс сельского населения, может произойти рост социальной напряженности. В Казахстане весной прошлого года уже прокатились митинги против поправок в Земельный кодекс, предусматривавших увеличение сроков аренды земли иностранцами. Китай же готовился арендовать 1 млн га земли и создать «зеленый коридор». Поправки не приняты, но планы Китая наверняка не изменились. А это беспокоит казахстанскую общественность.

Что касается влияния нового раунда китайско-казахстанского экономического партнерства на отношения Казахстана с Россией, членство республики в ЕАЭС, то сотрудничество Астаны и Пекина не несет непосредственных рисков для евразийской интеграции. Очевидно, что Казахстан придерживается политики многовекторности, в которой страны ЕАЭС являются для Астаны хоть и важным, но не единственным центром экономического притяжения.

Добавить комментарий