Узбекистан в международном экологическом измерении: между Сенегалом и Ливией

Азиз Ниязи

Центр экологической политики и права Йельского университета (Yale Center for Environmental Law and Policy) при поддержке ряда организаций представил в 2016 году результаты глобального исследования стран мира по уровню экологической эффективности (The Environmental Pefrormance Index – (EPI) 2016)[i]. С 2008 года отчеты по индексам экологической эффективности (ИЭЭ) публикуются раз в два года. Этот комбинированный показатель, отражающий достижения страны с точки зрения состояния экологии и управления природными ресурсами, пришел на смену применявшемуся ранее Индексу экологической устойчивости. Методология последнего по ряду параметров была признана неудачной. Индекс экологической эффективности год от года совершенствуется и к настоящему времени дает возможность политикам, ученым и общественности обладать более точной информацией об изменении окружающей среды на национальном, региональном и глобальном уровнях. Его показатели отражают состояние здоровья населения под воздействием экологических факторов, жизнеспособность экологических систем, сохранение биологического разнообразия, противодействие изменению климата, практику экономической деятельности и степень ее нагрузки на окружающую среду, а также эффективность государственной политики в области экологии.

Индекс экологической эффективности разрабатывается для оценки качества жизни, достижения целей устойчивого развития обозначенных в Декларации тысячелетия, принятой ООН в 2000 году, а позже на Саммите ООН 2015 года сформулировавшего цели устойчивого развития на период до 2030 года. Используется в качестве базового индикатора для Индекса зеленой экономики (The Global Green Economy Index — (GGEI)[ii], а также для расчета ИЧР — Индекса развития человеческого потенциала (Human Development Index)[iii].

Исследование ИЭЭ 2016 года охватывает 180 стран, показатели которых рассчитываются в двух больших группах: экологическое здоровье (защита здоровья людей от неблагоприятных факторов окружающей среды, вызванных деятельностью человека) и жизнеспособность экосистем (защита экосистем и использование ресурсов). Эти две задачи разделены на девять приоритетных категорий экологической политики, таких как: качество воздуха, сельское хозяйство, леса, биоразнообразие, водные ресурсы, рыбные запасы, климат и энергетика, влияние на здоровье (комплексная оценка опасности для здоровья человека, исходящей от пяти факторов риска: небезопасной воды, плохой санитарии, загрязнения окружающего воздуха твердыми частицами, загрязнения воздуха в бытовых условиях твердыми видами топлива и загрязнения озонового слоя атмосферы). Эти 9 категорий объединяют преимущественно 19 показателей, рассчитываемых из данных по каждой стране. В отдельных случаях их более 20.

По каждому индикатору страна получает баллы. Их количество зависит от позиции государства в пределах диапазона, задаваемого худшей по этому индикатору страной (относительный ноль на стобалльной шкале) и желаемой целью (эквивалент ста баллов). Желаемая цель устанавливается на основе международных договоров; стандартов, определённых международными организациями; профессионального заключения, отражающего научный консенсус, других источников.

В докладе 2016 года представлен тенденционный, или иначе исторический индекс экологической эффективности. Он ранжирует страны по их экологическим достижениям за последнее десятилетие. Тенденционный ИЭЭ показывает, в каких странах улучшается экологическая обстановка с течением времени, а в каких, напротив, ухудшается, предоставляет возможность сравнивать текущую эффективность с прошедшей.

Согласно последним результатам исследования, наиболее эффективную политику в области окружающей среды проводит Финляндия. В первую десятку лидеров также вошли: Исландия, Швеция, Дания, Словения, Испания, Португалия, Эстония, Мальта и Франция. Мощнейшая экономическая страна – США – занимает в рейтинге из 180 стран – 26-е место, Россия -32-е, — между Азербайджаном и Болгарией. Список замыкают десятки бедных стран с неустойчивыми политическими режимами, во многих из которых продолжаются вооруженные конфликты.

Ситуация в странах Центральной Азии не так драматична, тем не менее настораживает. Демонстрирует слабую политику по охране окружающей среды и здоровья граждан, долговременный застой по этим направлениям, а подчас экологическую деградацию по ряду параметров. В рейтинге ИЭЭ Казахстан занимает 69-е место, Кыргызстан – 71-е, Таджикистан -72-е, Туркменистан – 84. Наихудшее положение в Узбекистане – 118 место. Он расположился между Сенегалом (117 место) и разрушенной Ливией (119 место). Выше него стоит также воюющий, разоренный Ирак – 116-е место. Причем за десятилетие общая экологическая обстановка в Республике Узбекистан ухудшилась.

 

 

Таблица 1[iv]

Узбекистан: индикаторы, индексы, рейтинг по ИЭЭ из 180 стран, изменения за 10 лет.

ВВП на душу населения 2.064.00 $, 30.24 млн.чел., 425.400 кв.км

Название индикатора Индекс: общий балл             из 100%     Рейтинг Измененияза 10 лет
Экологическое воздействие на здоровье 79.63 65 -3.92%
Качество воздуха 74.81 116 -1.12%
Водоснабжение и санитария 81.04 84 4.12%
Водные ресурсы 0 140
Сельское хозяйство 50.22 140 -99.12%
Леса
Рыболовство
Биоразнообразие и среда обитания 56.18 144 8.54%
Климат и энергетика 93.54 8 0%

 

Таблица 2[v]

Узбекистан: рейтинги по расширенным индикаторам ИЭЭ, изменения за 10 лет в сравнении с ВВП и региональным результатом.

Название индикатора Результат: общий балл             из 100%     Рейтинг По сравнению с положением в группе по ВВП [vi] По сравнению с региональным результатом [vii]
 Экологическое воздействие на здоровье  79.63  65   34.66%  -3.33%
 Качество воздуха[viii]  74.81  116  -0.19%  -5.86%
Загрязнение воздуха – среднее воздействие NO2 усугубляется
Загрязнение воздуха – среднее воздействие ТЧ2.5 68.05 141 -9.52% -11.85%
Загрязнение воздуха в помещениях 86.29 92 31.03% -3.59%
Превышение загрязнения воздуха в ТЧ2.5 69.90 136 -11.9% -6.08%
 Водоснабжение и санитария  81.04  84  25.24%  -2.68%
Небезопасная санитария 81.38 84 28.46% -0.41%
Небезопасная питьевая вода 80.69 88 22.13% -4.88%
 Водные ресурсыОчистка сточных вод  0  140  -100%  -100%
 Сельское хозяйство[ix]  50.22          140                   -39.16%  -43.19%
Эффективность использования азота 66.96 126 -18.64% -25.9%
Баланс азота 0 141 -100 -100
Леса[x]
 Рыболовство
Биоразнообразие и среда обитания  56.18   144   -17.32%   -12.73%
Наземные охраняемые территории в национальном измерении биома[xi] 53.70 149 -23.7% -15.83%
Наземные охраняемые территории от глобальной массы биома 64.48 134 -7.69% -2.51%
Охрана видов на национальном уровне 56.86 141 -10.9% -5.57%
Охрана видов от глобального уровня 49.67 155 -24.45% -18.71%
 Климат и энергетика  93.54  8  28.3%  19.4%
 Доступ к электричеству  100 1 23.02% 0%
 Тенденция выбросов СО2 на кВт/ч 76.21  135  15.38%  -6.62%
Тенденция интенсивности выбросов углерода 99.32 4 47.24% 25.92%

 

Как видно из выше приведенных расчетов Узбекистан занимая по индексу экологической эффективности 118 место из 180 стран, снизивший общий показатель за десятилетие почти на 4 процента, сохраняет относительно неплохие позиции в сферах экологического воздействия на здоровье населения (65 место), водоснабжения и санитарии (84 место). По месту в группе по ВВП они демонстрируют заметный рост, по сравнению с региональным развитием – небольшое отставание. Такие изменения связаны с улучшением качества здравоохранения и работ в области водоснабжения и санитарии. Хорошая позиция у республики в категории «климат и энергетика» — 8 место. В нем росли показатели по доступу к электричеству и по сокращению выбросов углерода, но значительно возросли выбросы СО2 на кВт/ч.

Худшие показатели: 116 место по качеству воздуха, 140 в категории «водные ресурсы», 140- «сельское хозяйство», 144 в сфере биоразнообразия и среды обитания.

Фундаментальные деградационные сдвиги в таких важных областях, если они верны, таят большую опасность для социально-экономического развития страны в перспективе. Но все же ситуация может быть не столь плоха. Как признают сами исследователи способы расчета ЭПИ еще не совершенны, претерпевают постоянные измененния. Требуется повысить качество экологической оценки и системы индикаторов. Несмотря на использование новых технологий, таких, к примеру, как спутниковые данные или удаленное зондирование, продолжает ощущаться недостаток сопоставимых данных для мониторинга, в частности по качеству пресной воды, утраты видового разнообразия, адаптации к изменению климата, управления отходами, качеству воздуха в помещениях, по токсичным химическим веществам, качеству почв и деградации сельского хозяйства. В случае азотного баланса, например, страна может демонстрировать как избыток азота так и его недостаток из-за почвенно-климатических различий. Национальный показатель баланса азота может не учитывать эти нюансы.

Разработчики ИПЭ отмечают, что региональные индикаторы часто иллюстрируют более точные и важные данные нежели страновые показатели. Актуальные экологические проблемы редко ограничиваются государственными границами. Так и в случае с исследованиями по Узбекистану, на наш взгляд, следует учитывать комплекс взаимосвязанных общих для Центральной Азии экологических проблем – истощение водно-земельных ресурсов, усиливающееся антропогенное воздействие на окружающую среду, ускоренный демографический рост при сокращении природных ресурсов, процессы опустынивания, эрозии и засоления почв, использование устаревших грязных технологий в промышленности и мелиорации, истощение и загрязнение транснациональных водных артерий, ускоренное таяние ледников и еще многое другое. Решить эти серьезнейшие экологические и связанные с ними социальные и экономические проблемы удастся только сообща.

[i] Global Metrics for the Environment. The Environmental Performance Index (ranks countries’ performance on high-priority environmental issues). 2016 report. Yale Center for Environmental Law & Policy; Yale University Yale Data Driven Environmental Group, Yale University Yale-NUS College; Center for International Earth Science Information Network, Columbia University. In collaboration with the World Economic Forum. With support from Samuel Family Foundation, McCall MacBain Foundation. New Haven, CT: Yale University. 2016.

Отчет доступен по адресу: http://epi.yale.edu/sites/default/files/2016EPI_Full_Report_opt.pdf

 

[ii] См.: The Global Green Economy Index 2016. Dual Citizen LLC.

Оценка результативности по переходу к зеленой экономике проводится компанией Dual Citizen LLC в 80 странах и 50 городах мира по четырем основным аспектам:

Лидерство и изменение климата: приверженность главы государства вопросам изменения климата, достоверное освещение в СМИ вопросов «зеленой» экономики, национальная позиция и заявления на международных форумах, объемы выбросов парниковых газов на ВВП/чел./ед. энергии.

Эффективность: доля «зеленых» зданий сертифицированных LEED, доля ВИЭ в национальной электрогенерации, развитие туризма, объемы выбросов автотранспорта, доля вторичной переработки в национальной системе обращения с отходами.

Рынки и инвестиции: инвестиционная привлекательность ВИЭ, инновационное развитие в области «чистых» технологий, отчетность в области устойчивого развития, подготавливаемая госкомпаниями, национальные инициативы по стимулированию «зеленых» инвестиций.

Окружающая среда: политика в области интенсивного с/х, % населения использующего биомассу для приготовления пищи, меры по предотвращению воздействия взвешенных частиц на население, качество очистки промышленных и бытовых сточных вод перед сбросом в водоем, охрана экосистем и сохранение биоразнообразия, контролирование рыболовства, потеря лесов.

Положение в странах Центральной Азии не исследуется.

 

[iii] См.: Human Development Report 2015. Published for the United Nations Development Programme.

Индекс развития человеческого потенциала (ИРЧП) кратко называют индексом человеческого развития (ИЧР). Этот совокупный показатель уровня развития человека иногда используют в качестве синонима таких понятий как «качество жизни» или «уровень жизни». Индекс измеряет достижения страны с точки зрения продолжительности жизни, получения образования и фактического дохода, по трем основным направлениям: 1) здоровье и долголетие, измеряемые показателем ожидаемой продолжительности жизни при рождении; 2) доступ к образованию, измеряемый уровнем грамотности взрослого населения и совокупным валовым коэффициентом охвата образованием; 3) достойный уровень жизни, измеряемый величиной валового национального дохода (ВВП) на душу населения в долларах США по паритету покупательной способности (ППС). Для учета внутреннего неравенства используются три индикатора: Индекс человеческого развития, скорректированный с учетом социально-экономического неравенства (ИЧРН), Индекс гендерного неравенства (ИГН) и Индекс многомерной бедности (ИМБ). Также при определении рейтинга страны учитываются такие факторы как: положение в области прав человека и гражданских свобод, возможность граждан принимать участие в общественной жизни, социальная защищенность, степень территориальной и социальной мобильности населения, показатели уровня культурного развития населения, доступа к информации, уровня безработицы, состояния преступности, охраны окружающей среды по индексу экологической эффективности (ИЭЭ) и другие.

[iv] Таблица составлена на основе: 2016 Environmental Performance Index. New Haven, CT: Yale University. Executive Summery. 2016 EPI Rankings. Р. 18 -19.

 

[v] Таблица составлена на основе: 2016 Environmental Performance Index. New Haven, CT: Yale University. Executive Summery. Regional Trends and Results.2016 Р. 113. Также по материалам электронного источника: http://epi.yale.edu/country/uzbekistan Дата обращения 01.03.2017.

 

[vi] Ряд индикаторов, например, по вредным выбросам, разрабатываются с учетом экономического развития оцениваемых стран. Для богатых государств с ВВП на душу населения больше 12 616 долларов, балл в этой категории рассчитывается так, что он зависит в основном от тенденции углеродоёмкости. Вес этого показателя увеличивают. Он демонстрирует снижение выбросов газов на единицу ВВП за десятилетие. Страны с ВВП между 1 036 и 12 615 долларов на душу населения, относящиеся в основном к развивающимся, оцениваются преимущественно по индикатору «изменение тенденции углеродоёмкости», характеризующему замедление увеличения выбросов газов, т.е. насколько они замедлили увеличение выбросов за последние годы. Наименее развитые государства не учитываются в категории «Изменение климата и энергетика» вследствие незначительных выбросов таких стран

 

[vii] Страны Центральной Азии включены в региональную группу – государства Восточной Европы и Центральной Азии. Учитываются их природно-климатические условия.

 

[viii] Качество воздуха определяется воздействием мелких твердых частиц, диоксида азота и процентом населения страдающего от сжигания твердого топлива. Этот индикатор включает в себя такие показатели как: загрязнение воздуха — средний уровень воздействия ТЧ2.5 — мелких твердых частиц в микрограммах на кубический метр (мкг/м3); уровень риска для здоровья под воздействием ТЧ2.5; ПМ2.5 – усредненным процентном населения подвергшегося превышением ТЧ2.5 на 10 мкг/м3, 15 мг/м3, 25 мкг/м3, и 35 мкг/м3 – ( методика Всемирной организации здравоохранения); бытовое качество воздуха – связанное с использованием твердого топлива и средней концентрацией NO2 в частях на миллиард.

 

[ix] Оценка производительности сельского хозяйства базируется на показателе эффективности использования азота, который демонстрирует соотношение азота к выходу культур и баланса азота, который измеряет избыток азота, выделяемого в окружающую среду в результате чрезмерного использования удобрений.

 

[x] Для ряда стран при их природно-климатических условиях естественное рыболовство или незначительные лесные территории не играют существенной роли в расчетах природоохранной политики. Если они не достигают пороговой значимости для определения результативности общей экологической эффективности, то вместо них пропорционально увеличивается вес других показателей.

 

[xi] Биом – совокупность видов растений и животных на определенной территории.

 

Добавить комментарий